(модераторы, можете меня топтать за вынос информации)
Учитель истории воевал, потом тренировал волейбольную команду, в общем, кой-чего повидал.
Я уж не помню, как тема урока вышла на употребление алкоголя и конкретно фронтовую соточку.
Класс хором заверещал: это же вредно! Он посмотрел с недоумением, даже очки напялил (я потом уловил всю глупость ситуации), потом сказал осторожно: взрослому человеку от ста граммов водки вреда не будет. Класс, опять же хором: "А Людмила Васильевна говорит, что вредно."
Л.В. - классуха, туповатая тридцатилетняя блонда, детство в селе утвердило ее в однозначности вреда алкоголя.
Историк вздохнул: нет, она ошибается. И закруглил тему.
Забавно другое: шестнадцатилетние оболтусы, какой-то уже опыт, но учителю верили слепо. Не говоря уж о прессе.
Сейчас, когда фактчекинг и вообще сбор информации существенно легче, публика не дает себе труда задуматься. Принимает на веру аксиомы другой эпохи.
Учитель истории воевал, потом тренировал волейбольную команду, в общем, кой-чего повидал.
Я уж не помню, как тема урока вышла на употребление алкоголя и конкретно фронтовую соточку.
Класс хором заверещал: это же вредно! Он посмотрел с недоумением, даже очки напялил (я потом уловил всю глупость ситуации), потом сказал осторожно: взрослому человеку от ста граммов водки вреда не будет. Класс, опять же хором: "А Людмила Васильевна говорит, что вредно."
Л.В. - классуха, туповатая тридцатилетняя блонда, детство в селе утвердило ее в однозначности вреда алкоголя.
Историк вздохнул: нет, она ошибается. И закруглил тему.
Забавно другое: шестнадцатилетние оболтусы, какой-то уже опыт, но учителю верили слепо. Не говоря уж о прессе.
Сейчас, когда фактчекинг и вообще сбор информации существенно легче, публика не дает себе труда задуматься. Принимает на веру аксиомы другой эпохи.