Во времена, когда компьютеры и деревья были большими, а интернет маленьким, доступ к сети имела публика, в основном, молодая и адекватная. Не то, чтобы крем де ла крем, но весьма приличный уровень. И был среди нас некто Армалинский, писал порнографические стихи, выдавая их за неизвестного Пушкина. Я не доктор, поэтому, без диагнозов. Однажды сообщили (я уж не помню, кто принес дурную весть), что преставился поэт. Народ взгрустнул. Хоть и мудак, а до сих пор никто не помирал из совсем тогда небольшого интернета. А еще через недельку воскрес болезный. Говорит: да сам и распустил слух, ачотакова, интересно же, как вы ко мне относитесь. Шо я вам скажу за Бабченко... Неумным я его полагал и ранее, кой-какие тексты долетали через френдленту. В нынешней истории я мог бы поверить излагаемой версии об операции спецслужб, да плохо все тулится одно к другому. Вишенкой на торте - как бы последний постинг. Короче... Как говорил принц Джон, глядя на Айвенго, снявшего шлем, "Господа, а ведь он мне не понравился еще до того, как я узнал, что это любимчик моего брата."